Версия для печати

Самобытные письменности народов Китая

Главная > Лингвистика > Письменности > Паракитайские

В дальневосточном регионе (в китайском регионе) до сих пор используются доиероглифические письменности, в том числе ребусные, произошедшие независимо от китайской иероглифики, или имеющие такие же древние корни и когда-то, быть может, родственные.

Также на этой территории рождались свои иероглифические письменности под идейным воздействием древнекитайского письма, но изобретенные своими подвижниками, которые, ввиду этого, можно подвести под черту миссионерских систем письма.

Разделы страницы о "паракитайских" письменностях - оригинальных иероглификах Дальнего Востока:


Пиктографическая письменность наси (Нахи Донгба, VII/XIII? в.)

Реально применяемая китайско-тибетская пиктография Нахи Донгба

Небольшая по численности народность наси на юго-западе Китая сохранила до наших дней редчайшую систему письма – донгба, состоящую в основном из пиктографических картинок. Подобный алфавит используют 30 000 человек, среди которых и коренные обитатели Тибета.

Историки и этнографы уверены, что наси донгба относится к сакральному письму, которое предназначено исключительно для шаманов или служителей религиозного культа. Его использовали при составлении ритуальных текстов и записей в священных книгах. Создание алфавита приписывают тибетскому правителю Моубао Азонгу, жившему в XIII в. Однако не все учёные согласны с этой теорией, ссылаясь на упоминания наси донгбы в китайских летописях, относящихся к VII в.

Донгба включает в себя выше 1400 символов, 90% которых – пиктограммы, складывающиеся в слова по принципу ребуса. Выучиться такому письму очень сложно – на это может уйти до 15 лет. Эта пиктографическая азбука – единственная в мире, активно используемая до сих пор. (Источник: https://qwizz.ru/странные-алфавиты/)

Смешанная иероглифическая письменность мосо

Мосо (кит. трад. 摩梭, пиньинь: Mósuō, самоназвание — на) — небольшая народность в составе группы наси, проживающая в Китае, в провинциях Сычуань и Юньнань, вблизи от тибетской границы. Большинство мосо живут у озера Лугуху в Гималаях. Хотя мосо культурно отличны от наси, правительство Китая считает их одним народом. Культуру мосо изучали Ламу Гатуса и Латами Даси.

Письменность мосо имееет смешанный характер: рисуночные (понятийные) знаки, геометрические символы, словесные знаки, звукозаменяющие знаки [ребусная система фонетизации]. Она не имеет ничего общего с китайским письмом, в т.ч. с его древнейшей рисуночной формой [!]. [Возможно, речь идёт о пиктографике Нахи Донгба.]

Иероглифическая письменность си-ся (XI—XIII вв.) [тангутская]

В XI—XIII вв. на территории нынешнего Китая (двух его провинций — Ганьсу и Нинся) существовало тангутское государство Си Ся Тангуты были культурными людьми; в то время, как многие другие восточные народы были бесписьменными, тангутский язык имел письменность. До нас дошло несколько памятников этой письменности.

В 60-х гг. прошлого века была найдена часть шестиязычной надписи [!] на арке ворот в Великой китайской стене. В конце XIX в. была обнаружена еще одна надпись, а в 1900 г. во время подавления боксерского восстания в Китае французский ученый М. Морис нашел великолепно написанную — золотыми иероглифами на синей бумаге — книгу, которая оказалась переводом с китайского языка на тангутский [невероятная удача!] очень известного буддийского текста — Лотосовой Сутры. Так в руки востоковедов попали первые подлинные документы, написанные на языке могущественного государства Центральной Азии. Ученые видели в этих документах путеводную нить, которая приведет их к познанию языка, истории и культуры народа, полностью уничтоженного в результате монгольского завоевания (в середине XIII в.) и последующих исторических событий XV — XVI вв.

В 1908 г. русский ученый П. К. Козлов обнаружил мертвый город Хара-Хото и открыл усыпальницу, в которой находилась тангутская библиотека [!]. Среди прочих в ней оказались книги учебного характера: фонетические словари и таблицы, учебное пособие по китайскому языку для тангутов. Находка П. К. Козлова, насчитывавшая несколько тысяч [!] полностью или частично сохранившихся книг, вселила надежду на то, что история тангут-ского народа и его цивилизации будет введена в обиход современной мировой культуры. Поэтому востоковеды разных стран деятельно приступили к дешифровке тангутского письма.

Особенно больших успехов на этом пути добился советский исследователь Н. А. Невский. Начав заниматься дешифровкой тангутского письма в 20-х гг., он методично и скрупулезно читал тексты на тангутском языке и сравнивал их с соответствующими китайскими. Результатом этого титанического труда явилась дешифровка 3000 тангутских иероглифов [!]. Н. А. Невский составил тангутско-русский словарь, в котором не просто перевел тангутские иероглифы на русский язык, но и указал, как они должны читаться, а также описал грамматические особенности некоторых разрядов слов. В 1938 г. Н. А. Невский погнб, работа его прервалась. Но и то, что он успел сделать, было огромно. Труд его жизни вышел посмертно, в 1960 г., а в 1962 г. этот труд был удостоен Ленинской премии.

В 60-е гг. вышли новые работы, продолжающие исследования Н. А. Невского: перевод на русский язык тангутского толкового словаря «Море письмен», «Грамматика тангутского языка» М. В. Софронова; в Японии издана фундаментальная работа Т. Нисиды. В результате сейчас ученые имеют достаточно хорошее представление о тангутской письменности и структуре тангутского языка. Каждый знак в иероглифической письменности тангутов соответствует одной морфеме тангутского языка. Графические элементы, из которых состоят иероглифы, передают значение и звучание морфемы. Значение целого иероглифа не всегда равно сумме значений составляющих его элементов, а сложно соотносится с ними. В зависимости от типа таких соотношений различают несколько видов иероглифов:

  1. знаки-пиктограммы (лат. pictus — «рисованный»), в которых графические элементы не имеют собственного значения, а лишь служат для изображения соответствующего предмета, как, например, знак теп 1 — «ворота»;
  2. знакн-идеограммы (их в тангутском письме большинство), каждый элемент которых имеет свое значение и выступает как часть целого знака. Так, /о1 — «соха» состоит из верхней части «дерево», левой части j^T^a* «сошник» и правой части ^fitciu «рукоятка»; совокупность значений графических элементов составляет значение иероглифа в целом;
  3. фонетические знаки, в которых один из составляющих элементов указывает, как надо читать весь знак-иероглиф. Фонетические знаки очень часто используются для обозначения синонимов.

Как мы видим, тангутское письмо — одна из самых сложных систем иероглифической письменности, известных современной науке.

Тангутским письмом выполнялся перевод с санскрита религиозных текстов буддизма.

Один знак письменности си-ся может быть и слоговым, и словесным и понятийным (идеографическим) [т.е., смешанная система, почти как и у мосо].

Полудешифрованная иероглифика киданей (X век)

киданьское письмо

Письменность киданей, которые в X веке создали государство Ляо в Северном Китае [по имени которых он и стал называться Китаем], до сих пор до конца не расшифрована. Происходит от китайской иероглифики или под воздействием её.

Наиболее вероятно, что киданьский язык относится к монгольским. Известно "Большое письмо" киданей, созданное в 925 году и "Малое письмо", которое было изобретено 5 лет спустя. Первое распространение не получило. А о втором существует такая легенда. Некто Дэла по прозвищу Юньдухунь на встрече с уйгурским послом, "пробыв 20 дней, смог познать его язык и письмо, и затем сотворил малое киданьское письмо, число (знаков) небольшое, и можно соединять" ("История Ляо", 64 глава). Из этого сообщения можно понять, что Дэла сделал письмо наподобие уйгурского, но ничего подобного к настоящему времени не сохранилось, и то "малое киданьское письмо", создание которого приписывается Дэла, подражает не уйгурскому, а китайскому письму.

Проблему, которая стоит перед дешифровщиками киданьского письма, сформулировал Д. Кара: "Представьте себе такую задачу: мы должны расшифровать японское письмо, но не знаем японского языка и китайской графики, самих памятников очень немного, а о содержании их нам сообщают вольные переводы на типологически другом языке, кроме того, мы обладаем лишь сведениями об относительно хорошо изученных, но отдаленных в пространстве и времени родственных языках". Следует также иметь в виду, что в отличие от японского, в киданьском письме идеограммы не отличаются от фонетических знаков. Памятники малого письма киданей - эпитафии, надписи на стелах, бронзовых предметах, монетах и т. п. - представляют собой вертикальные строки, составленные из простых знаков и знаков-комплексов, составленных из тех же знаков, которые могут употребляться изолированно.

Графические комплексы могут содержать до семи простых знаков, компактно соединенных в виде блоков из двух столбцов (читаются слева направо и сверху вниз). Комплексные графемы отражают многосложные слова [а таких в тюркских языках нет]. Приведем примеры фонетической интерпретации знаков. Графема "пять" встречается в датах в начале графического комплекса, который обозначает четвертый циклический знак мао китайского календаря, что соответствует "зайцу", в так называемом "животном цикле". Если верить свидетельству "Истории Ляо" (см. выше), киданьское слово "пять" произносится tau, так же, как и первый слог слова "заяц", то есть графема употребляется в двух функциях: как идеограмма и как слоговой знак. Второй и третий знаки в слове "заяц" Чингэлтэй читает как li и а. Выбор чтения для второго знака оправдывается не только сопоставлением с киданьским словом tauli, но и по сходству с похожим китайским иероглифом ли 'чиновник'. Сравнение с близкими по начертаниям китайскими знаками нередко помогает при фонетической расшифровке киданьского письма. Знак a также встречается в триграмме 'петух' (календарный знак), который читается t'(a)-ka(i)-a, ср. письм.-монг. takiya, совр. монг. t'ax'a:. По-видимому, следует принять и эту расшифровку, в пользу которой свидетельствует диграмма "собака"? где второй знак, которому приписывается фонетическое значение ka ~kai, также оказывается на "своем месте", ср. письм.-монг. noqai 'собака'. Таким, как изложено выше, или сходным путем ведется расшифровка малого киданьского письма.

Исследователи [изучающие язык киданей и пытающиеся его расшифровать и классифицировать] ориентируются на то, что К.я. относится к монгольской группе. Попытки сопоставления с тюркским (С. Мураяма) или тунгусским (К. Ямадзи) прототипом не дали сколько-нибудь удовлетворительных результатов.

Нерасшифрованное письмо чжурчженей (XII—XIII века)

чжурчженьское письмо

Чжурчжэньское письмо́ (чжур.: dʒu ʃə bitxə[1]) — письменность, использовавшаяся для записи чжурчжэньского языка в XII—XIII веках. Оно было создано Ваньянь Сиинем[en] на основе киданьского письма, которое, в свою очередь, образовано от китайского. Дешифровано частично.

В чжурчжэньской письменности было около 720 знаков [компактно!], среди которых есть логограммы (обозначают только значение, не имея отношения к звучанию) и фонограммы. В чжурчжэньском письме также имеется система ключей, аналогичная китайской; знаки сортировали по ключам и и количеству черт.

Хотя чжурчжэни — предки маньчжуров, маньчжурское письмо основано не на чжурчжэньском, а на старомонгольском.


Главная > Лингвистика > Письменности мира:
Алфавиты | Древнеегипетские | Дальневосточные | Клинописи | Критские | Индейские | Эламские | Протоиндские | Древнекавказские | Океанийские | Миссионерские | Особые | Всемирные |
Реестр письменностей | Порталы о письме | Методы дешифровки | Великие дешифровщики | Новые надписи | Недешифрованное письмо | Акустография | Международные символы | Книги по палеографии | Авторские исследования

Языки мира | Страны и города | История народов | Карты
На правах рекламы (см. условия):    


© «Сайт Игоря Гаршина», 2002, 2005. Пишите письма (Письмо И.Гаршину).
Страница обновлена 13.11.2018
Я.Метрика: просмотры, визиты и хиты сегодня